Объединение сайтов | Главная | Регистрация | Вход

КАПШУК Виктор Дмитриевич родился в 15 июля 1965 году в селе Карапыши Киевской области. После окончания средней школы работал слесарем на авторемонтном заводе в селе Мироновка. В октябре 1983 года призван на службу в пограничные войска КГБ СССР. С мая 1984 года по декабрь 1985 года проходил службу в Керкинской десантно-штурмовой маневренной группе. Принимал участие во многих боевых операциях на территории Афганистана. Командовал отделением, взводом на 1 ДШЗ. Был контужен. За мужество и героизм, проявленные при выполнении боевых задач по оказанию интернациональной помощи, удостоен звания Героя Советского Союза (Указ от 06.11.1985г, медаль № 11534). С декабря 1985 года прапорщик Виктор Дмитриевич Капшук зачислен курсантом в Высшее пограничное военно-политическое ордена Октябрьской Революции Краснознаменное училище КГБ СССР имени К. Е. Ворошилова. Награжден орденом Ленина, медалью «За отличие в охране Государственной границы СССР», Почетным знаком ВЛКСМ, другими наградами. На XX съезде комсомола избран членом ЦК ВЛКСМ. После распада СССР полковник В. Д. Капшук проходил службу в Главном Управлении Государственной пограничной службы Украины. После увольнения в запас, полковник Капшук В.Д. возглавляет Киевскую областную организацию Украинского Объединения Ветеранов Афганистан  
 

ПОЛИТОТДЕЛ ВОЙСКОВОЙ ЧАСТИ 9998 Экз № ______

                 «ВРЕМЯ ВЫБРАЛО НАС...»

Сборник примеров героических поступков воинов-интернационалистов. Под общей редакцией подполковника В. Кудрявцева.

Автор-составитель капитан С.Сметанников г. Душанбе 1988 г.

При подготовке сборника использовались материалы из политдонесений, боевых листков и молний, газе-ты "Боевой дозор".

 

 17 августа 1985 года по подразделению, десантировавшемуся в районе к. Лангар, бандиты ударили всей своей мощью. Броском выдвинувшись по указанному командиром маршруту, группа старшины В. Капшука закрепилась на господствующей над местностью высоте. Удалось сорвать попытку душманов ударить во фланг подразделению. Но бандиты не отказались от своего замысла. Силами, в десятки раз превосходящими силы десантников, они предприняли попытку окружить и взять отважных солдат в плен, умело руководя подчиненными, старшина В. Капшук, не прекращая вести по противнику меткий прицельный огонь, организовал групповую оборону. ...Раз за разом, как пауки, со всех сторон подбирались душманы к позициям горстки смельчаков и всякий раз откатывались назад, натыкаясь на их свинцовый кулак. Нарастала ярость атаки, но срочнее становилось и сопротивление десантников. Когда подоспела помощь, бой был закончен. Шестеро советских воинов преградили путь почти сотне вооруженных до зубов бандитов. Шестеро воинов встали на их пути непреодолимой стеной, выполняя свой долг. За подвиг, совершенный в этом бою, старшине В. Капшуку присвоено звание Героя Советского Союза. Высокими государственными наградами отмечены заслуги и остальных участников боя.

  

…14 марта 1985 года после десантирования в районе к. Бала-Мургаб отделение старшего сержанта Василия Хамко с ходу закрепилось на высоте 1121,0. Быстро и грамотно организовав оборону, Василий Хамко решительно поддерживал огнем атакующую укрепленную базу бандитов группу старшего лейтенанта Ю. Лапушко. С высоты хорошо просматривались все подступы к базе. И когда многочисленная группа душманов решила обойти наше подразделение и ударить по нему с тыла, старший сержант Хамко бросил свое отделение на ее уничтожение. Используя естественные укрытия, бросками, по одному, отделение спустилось по террасе к подножию высоты, перерезав бандитам путь выхода в тыл группе Ю. Лапушко. Когда противник вышел из-за поворота, его встретил мощный огонь смельчаков. Уйти никто из бандитов не успел... А группа Ю. Лапушко в это время громила бандитов уже в опорном пункте. А через несколько дней Василий погиб. Герой Советского Союза Виктор Капшук, друг Василия, вспоминал: "Брать нам тогда пришлось хорошо укрепленную базу. Душманы там были обучены в загранцентрах, имели хорошее оружие, да и владели им отменно. Мы бежали в атаку вместе. На долю секунды я замедлил шаг, чтобы заменить пустой магазин, Вася вырвался вперед, сделал несколько шагов и упал... Когда я наклонился к нему, он успел прошептать только одно слово: "Все..." - и закрыл глаза..." Родина высоко отметила героизм и мужество воина-интернационалиста. Василий Хамко посмертно награжден орденом Красной Звезды. 

 

12 января 1986г о Викторе Капшуке в газете "Комсомльская правда" был опубликован очерк "ЗВЕЗДА КАПШУКА".

 


Герой Советского Союза Виктор Капшук в окружении детей. Фото позаимствовано на странцах сайта "Одноклассники". 

 

Из книги: Звезды славы боевой: На земле Афганистана / сост. И.М. Дынин. – М.: Воениздат, 1988. – 224 с.

Капитан А. ПАРАМОНОВ                               ТРИ ВСТРЕЧИ С ВИКТОРОМ КАПШУКОМ


Прапорщик Виктор Дмитриевич Капшук родился в 1965 году в с. Карапыши Мироновского района Киевской области, в семье колхозника. После окон­чания средней школы работал слесарем на авторе­монтном заводе в пос. Мироновна. В 1983 году при­зван в Вооруженные Силы СССР. С мая 1984 года по декабрь 1985 года проходил службу в составе ограниченного контингента советских войск в Афгани­стане, Командовал отделением, взводом. Выл конту­жен.


В. Д. Капшуку присвоено звание Героя Советского Союза.

                                                                

В настоящее время прапорщик В. Д. Капшук — курсант Высшего пограничного военно-политического ордена Октябрьской Революции, Краснознаменного училища КГБ СССР имени К. Е. Ворошилова; На­гражден орденом Ленина, Почетным знаком ВЛКСМ. На XX съезде комсомола избран членом ЦК ВЛКСМ.


 


[l]Поначалу думалось: очерк о Герое Советского Союза Викторе Капшуке хорошо бы выдержать в хронологической последовательности. Сообщить чи­тателям, что родился он на Киевщине в семье колхозника, рассказать, как учился в школе, как решил стать кадровым военным, но, не набрав нужных баллов на вступительных экзаменах в училище, вернул­ся домой, где получил на авторемонтном заводе первые благодарности за добросовестный труд.Однако чем дольше размышлял, тем больше опа­сался, что такое изложение может обернуться повто­рением уже известного. Ведь о детских и юношеских годах Виктора, как и о его подвиге, в свое время до­вольно подробно писалось в центральной печати. Мне же хотелось поделиться впечатлениями о том Капшу­ке, которого знал еще до вручения ему Золотой Звез­ды Героя — и в горькие, и в радостные моменты его жизни, с которым дружен сейчас. Особенно памятны три встречи — несколько дней и часов, что провел вместе с Виктором не как журна­лист, а просто как человек, как сверстник.
                                                                                                 Такой характер не сломить

Впервые увидел Виктора Капшука в мае 1985 го­да — на приеме в ЦК ВЛКСМ в честь группы воинов, отличившихся при выполнении интернационального долга в ДРА. Среднего роста, лицо продолговатое, худощавое, светло-голубые глаза, русые, коротко остри­женные волосы. В общем, обычный девятнадцатилет­ний парень, каких собралось в тот раз в Центральном Комитете комсомола немало. Вот разве что жесткие складки-морщинки, будто карандашом отчеркнутые в уголках рта, как-то диссонировали с юным, откры­тым обликом Виктора.


В официально-торжественной обстановке Капшук чувствовал себя смущенно. Поэтому, вероятно, в бе­седе со мной ограничивался односложными ответами. Назвал себя, место службы, откуда приехал, пояснил, что здесь ему должны вручать комсомольскую награ­ду. И замолчал, напряженно глядя перед собой.


Мой интерес к Виктору проистекал не из празд­ного любопытства. Афганские события в той или иной мере затрагивают сегодня каждого из нас. А тут пе­редо мной непосредственный их участник, один из воинов-интернационалистов послевоенного поколения, которые совершают, порой ценой собственной жизни, подвиги на земле дружественной страны, помогают ее народу защитить завоевания апрельской революции.


Воспользовавшись несколькими свободными часа­ми, я предложил Капшуку погулять по Москве. До­рогой постепенно разговорились. Много теплых слов услышал я от Виктора о его родных Карапышах, где вырос будущий Герой. Какие у сельского паренька заботы? Родители — Нина Ефимовна и Дмитрий Сидорович, более тридцати лет проработавшие в колхо­зе, и детей своих сызмальства приучали к труду.


Едва заканчивались школьные занятия, привычно хлопотали по хозяйству старшие — Ольга с Виктором и младший — Коля. Дружно бегали к маме на ферму: присматривали за коровами, учились доить. Подсоб­ляли отцу — то в колхозном гараже, то по дому.


А летом наступала самая горячая пора. Еще школь­ником Виктор упросил взять его в тракторную брига­ду — на время каникул, конечно. Имелась и учениче­ская, но ему хотелось непременно во «взрослую». Позже, ближе познакомившись с Капшуком, многое услышав о его семье, понял, что такая жажда серь­езного, самостоятельного дела — черта у них фамиль­ная. Не она ли вела по деревням мастерового-умель­ца с холщовой сумой-капшуком за плечами — туда, где требовалось строить дом, наводить мост, чинить мельницу, ковать? И не ее ли унаследовал дед Викто­ра, Сидор Капшук, одним из первых отправившийся поднимать отсталое хозяйство в местечке под Кие­вом? А разве не из-за той же жажды работы при­шел в колхоз тринадцатилетний Дмитрий Капшук, добился, чтобы послали его на целину? Вот и Вик­тор долго не рассуждал, не примеривался, не выби­рал, где полегче, — стремился трудиться в полную силу.


...Буднично, не вдаваясь в подробности, рассказал Капшук о своем самом первом боевом столкновении с душманами. Их подразделение вылетело тогда к горному перевалу. По данным разведки, бандиты оборудовали там хорошо укрепленную базу, откуда со­вершали набеги на мирные кишлаки, обстреливали колонны афганских и советских войск на дороге.


В воздух поднялись рано утром. Капшуку пред­стояло действовать во взводе старшего сержанта Вла­димира Поршнева, об отчаянной смелости которого среди воинов слагались легенды. Именно его подраз­делению поручили первым высадиться на заданном рубеже.


В расчетной точке вертолет «клюнул» носом и, выполняя противозенитный маневр, начал снижаться. Сквозь гул двигателей Виктор уловил слабое потрес­кивание, словно кто-то рвал плотную, промасленную бумагу.


— Поливают, гады! Из пулемета! — крикнул ему Поршнев, — Сейчас пойдем, держись рядом!


Бортмеханик откатил дверь, и в десантное отде­ление ворвался грохот боя. Гулко ухали безоткатные орудия, отрывисто стучал крупнокалиберный пуле­мет, трещали автоматные очереди.


Высадились удачно: до первой траншеи, опоясы­вавшей бандитскую базу, — метров сто, не больше. Душманы не успели ее занять, били из глубины по­зиций. Устремившись в их расположение, десантники по ходам сообщения охватили лагерь с двух сторон.


Капшук бежал вслед за Поршневым, на ходу разя огнем метавшихся душманов. Уже после окончания операции услышал похвалу старшего сержанта:


— Цел? Молодец. Действовал нормально. Только впредь поспокойней будь — в бою это важно.


В борьбе с реальным противником обретался опыт, крепло мастерство, закалялся характер. Глубокие отметины ложились на сердце, когда гибли товарищи. Вот отрывок из письма, пришедшего оттуда, с горячей земли Афганистана:


«...Наше подразделение обеспечивало безопас­ность автоколонны с продовольствием, направлявшей­ся в отдаленную провинцию. Приземлились мы возле небольшого кишлака, домов в пятнадцать — два­дцать. Еще когда подлетали, лейтенант Калмыков, смотревший из иллюминатора, произнес: «Если они устроили засаду, то только здесь — лучше места не придумаешь».


Кишлак казался вымершим: ни дымка, ни пету­шиного крика. Прямо мороз по коже от такой тишины. Мы-то чувствовали (а интуиция подводит редко, ког­да уже побываешь в подобных ситуациях), что банда где-то рядом. Перекрыли выходы, часть воинов оття­нулась к дороге на случай внезапного нападения с тыла.


Едва попытались по дворам проверить, на самом ли деле безлюден кишлак, тут-то и началось. Не смог­ли даже определить, откуда именно стреляли душма­ны, чудилось, будто из каждого двора, из каждого до­ма. Грохот, пыль, крики.


Лейтенант Калмыков решил сориентироваться: с рядовым Игорем Чугаем побежал к небольшой высотке в центре. Мы видели, как на склоне он точно спотк­нулся, упал. Сначала верили — сейчас лейтенант под­нимется. Но Чугай по рации передал: «Калмыкова ранило!»


На помощь бросились Капшук с Хамко. Они очень дружили между собой, почти всегда вместе. Метров триста пробежали — упал Вася Хамко. Потом уж мы узнали, что на крыше одного из домов сидел снайпер с американской винтовкой. Словами, конечно, всего не опишешь, жутко было, все ведь перед глаза­ми. Гена Оников, наш санинструктор, кинулся за ре­бятами следом.


Душманы к высотке той поползли. Рассчитывали захватить и раненого Калмыкова, и Чугая с Капшуком, которые далеко впереди оказались. Витя с Иго­рем к себе не подпускали их, стреляли плотно. Мы тоже огонь усилили. В общем, отогнали душманов, вы­несли Калмыкова с Хамко на командный пункт. Лей­тенант скончался уже в вертолете. «А банду мы разгромили — колонна прошла нор­мально».


В бою том Капшук участвовал всего за месяц до своего приезда в Москву. Вот чем, скорее всего, объяснялась его немногословность в нашей беседе, едва речь касалась службы, — слишком остро ощущалась еще боль утраты. Много месяцев спустя, вновь встре­тившись с Виктором, я обратил внимание на переме­ны в нем, которые, пожалуй, определил бы предельно сжато: возмужание. Характер, прошедший сквозь ис­пытания на афганской земле, уже не сломить.

  

                          

                                   Фото-листовка, которая висела в казарме Керкинской ДШМГ в 1986г.

 


Однажды прочитал в газете о поиске украинских красных следопытов, помогающих восстанавливать неизвестные страницы Великой Отечественной войны. Говорилось там и о Карапышах, родном селе Капшука, отдавшем нашей Победе 446 жизней. И вспомнил, как рассказывал Виктор о своих дедах — Ефиме Литвине и Сидоре Капшуке, не вернувшихся с полей сражений...
А через какое-то время в редакцию позвонил знакомый офицер из штаба:
— Назвать кандидатуру для очерка? Тогда записывайте: старшина Капшук Виктор Дмитриевич. Герой Советского Союза. Отличился в афганских событиях. Недавно подал рапорт — хочет учиться в пограничном училище.
— Где он сейчас?
— Дома, на родине.
Однако прежде чем мы увиделись, мне довелось посетить подразделение, где Виктор начинал службу. Здесь уже знали о подвиге своего однополчанина. На фронтоне одного из зданий укрепили большой щит с фотографией Капшука, текстом Указа о присвоении ему звания Героя Советского Союза. Каждый, кто задерживался возле него, наверняка мысленно повторял крылатую горьковскую фразу: «В жизни всегда есть место подвигу».
Да, думалось мне, место-то" есть всегда. Но всегда ли мы готовы занять его? Разве в сложной, критической ситуации, когда враги пытались схватить тяжелораненого старшего лейтенанта Алейникова, не мог он, Капшук, командир группы, приказать кому-либо из солдат вынести офицера в укрытие? Нет, не приказал, бросился сам, спас Алейникова. Не дрогнул Виктор с тремя товарищами и перед девятью хорошо вооруженными душманскими лазутчиками, сумел взять всех бандитов в плен, выполнил боевую задачу.
Что рождает самоотверженные поступки? Порыв? Безрассудное лихачество? Стечение обстоятельств? Нет. В основе их всегда лежит верность воинскому долгу.
«С Виктором каждый хотел пойти на задание. На него во всем можно положиться». Это слова прапорщика Мунавира Галеева — секретаря комитета ВЛКСМ подразделения, в котором служил Виктор. А вот строки из представления старшины Капшука к званию Героя Советского Союза:
«Проявляет хладнокровие, решительность, личное мужество и отвагу. Действиями подчиненных руководит уверенно и грамотно. В принятии решений смел и расчетлив. Пользуется высоким доверием у подчиненных, является примером для них...»
Наглядное свидетельство тому — последний бой Капшука. Последний перед возвращением на Родину.
Кишлак, в район которого прибыло подразделение, окружало около двухсот душманов. Жестокая расправа ждала не только «осквернителей ислама» — дехкан, не пожелавших больше участвовать в бандитских вылазках, разошедшихся по домам, но и их семьи. Мятежники успели занять окопы, вырытые дехканами для самообороны, и вели оттуда огонь из пулеметов, гранатометов, даже миномета.
Ночью душманы попытались контратаковать. Чтобы укрепить тылы, старший лейтенант Юрий Лапушко, командовавший подразделением, направил шесть человек во главе со старшиной Капшуком на сопку, откуда хорошо просматривалась местность и где в случае чего можно было принять первый бой. Тогда никто не мог предположить, что бандиты, быстро сориентировавшись, перекинут в наш тыл несколько десятков душманов.
Вражеская цепь охватывала сопку с двух сторон. С левого фланга ее продвижение сдерживал расчет станкового пулемета — Игорь Кавунский и Сергей Проценко, с правого поливали противника свинцом из РПК Юрий Коротенко и Евгений Сыса. Позиция Капшука с Виктором Коваленко располагалась в центре.
— Стрелять короткими! — распорядился Капшук, когда запас патронов почти иссяк. — Гранаты к бою!
Бандиты шли уже в полный рост.
— Нас окружают! — крикнул Кавунский.
С соседней высотки ударили неприятельские безоткатные орудия и гранатометы. Один снаряд разорвался совсем рядом. У Коваленко изо рта хлынула кровь. Капшука оглушило.
И все-таки воины не дрогнули. Отражали натиск душманов до тех пор, пока не появились наши вертолеты. Капшук тут же связался с ведущим «бортом»:
— «Голуби», мы под вами, духи по склонам... Так завершился тот бой. Несмотря на контузию, Капшук не покинул подразделения до окончательного разгрома банды...
В ноябре 1985 года Виктор написал заявление с просьбой принять его в ряды КПСС: «Участвуя в интернациональной помощи, которую оказывают дружественному афганскому народу КПСС и Советское правительство, равняясь на коммунистов-интернационалистов старшего поколения, я хочу быть членом Коммунистической партии, чтобы в ее рядах с честью и достоинством выполнять свой воинский долг».
...Тихим теплым вечером мы с Виктором медленно шли по улицам среднеазиатского города. Сквозь ветви древних карагачей с чернеющими пятнами аистиных гнезд неярко просвечивала россыпь Млечного Пути. Из маленьких двориков, тесно обступивших дорогу, тянуло дымом топившихся тандыров. Доносился приглушенный смех, кто-то ломким юношеским голосом звал невидимую Айгюль. Люди отдыхали после дневных трудов, радовались, любили. Столь безмятежная картина всеобщего покоя, умиротворения резко контрастировала с тем, что по-прежнему тревожило Капшука: где-то рядом, по ту сторону границы, сражаются его боевые друзья. Может, именно сейчас там гремят выстрелы, льется кровь, гибнут люди.
— В последней операции, на которую и я должен был лететь, если бы не вызвали сюда, — взволнованно говорил Виктор, согнав к переносице светлые, выгоревшие на солнце брови, — друг у меня погиб. Рзянкин Андрей. Командовал взводом саперов. При высадке попали под сильный вражеский обстрел, ну и...
Вскоре о Капшуке узнала вся страна. О нем писали центральные и республиканские газеты, рассказывалось по радио, в телепередачах. Уверен: Виктор, простой крестьянский парень, достойно выдержит и это нелегкое испытание — славой. Выдержит, потому что память не дает ему забыть о том, в огне каких боевых столкновений, ценой каких горьких утрат рождалась его геройская слава.
Продолжение биографии
— Где сейчас Капшук? Попробуем отыскать... — помощник начальника политотдела, училища по комсомольской работе капитан Чепурных снял телефонную трубку. Спустя минуту удовлетворенно заключил: — Капшук на месте, в батальоне. Принимает имущество для своего взвода.
В Высшем пограничном военно-политическом училище шел последний день зимнего курсантского отпуска. Забот у командира учебной группы прапорщика Капшука, что называется, по горло: приезжали люди, повсюду требовалось навести порядок, чтобы без раскачки приступить к занятиям.
— Нагрузка большая, не скрою, — сказал командир учебного батальона майор Шаповалов. — Ведь Капшук выполняет еще и обязанности командира взвода. Кроме того, его часто, сами понимаете, приглашают на различные встречи, собрания. Героя Советского Союза хотят видеть, слышать. Однако «режима наибольшего благоприятствования» мы ему не создаем. Прежде всего он курсант, командир. Да и самого Виктора такой режим вряд ли бы устроил...
Наша встреча длилась недолго. Капшук прибежал с улицы — возбужденный, раскрасневшийся от мороза. Внешне почти не изменился, разве что чуть смягчились черты лица, исчезла прежняя угловатость в движениях. А внутренне?
— О чем думаешь, что вспоминаешь, Виктор?
— О том, что было бы здорово собрать сейчас всех вместе — тех, с кем служил в Афганистане. Майора Турулова, капитана Радчука, старшего лейтенанта Лапушко, Володю Поршнева, Юру Коротенко, Гену Билыка, Игоря Чугая... Каждому из них я очень многим обязан: и выбором своим, и счастьем.
Что вспоминается? Высотка, на которой погибли лейтенант Калмыков с Васей Хамко, минуты, когда нес раненого Алейникова, а он все шептал: «Уходи, там снайпер, достанет же...». Песни наши вспоминаю — жаль, мало их пели. Детишек афганских, ко-торым отдавали хлеб, масло, сгущенку. Как ребята смотрели на нас! Разве это забудешь?
— С учебой трудновато, наверное? Отрыв все-таки существенный. К тому же ты человек женатый.
— Трудно, конечно. Но учиться надо, и упущенное наверстывать — тоже. Иначе какой толк от офицера?
Виктор торопился — его ждала масса неотложных дел.
...28 февраля 1986 года с трибуны XXVII съезда Коммунистической партии прозвучали слова, давшие оценку ратному подвигу Капшука, обязывающие жить по самым высоким моральным критериям:
«Сегодня приветствуют партийный съезд лучшие из лучших представителей молодого поколения. Среди них — московский рабочий, кавалер ордена Ленина и двух орденов Красной Звезды Николай Прохоров, доярка из Эстонии, депутат Верховного Совета СССР Эйне Куре, третьеклассница из Владимирской области Таня Амозова, награжденная медалью «За спасение утопающих», двадцатилетний пограничник Герой Советского Союза Виктор Капшук... Силой своего нравственного примера они, как бессмертный Павел Корчагин, ведут за собой советскую молодежь!»

 

[/l]

Copyright Керкинская ДШМГ © 2018
Хостинг от uCoz